Чертово колесо

Аннотация

Грузия, конец восьмидесятых, перестройка. Тбилисская молодежь, подсевшая наопиаты, менты, неотличимые отворов взаконе, интеллигенция, партноменклатура— детально прописанные персонажи романа «Чертово колесо» страдают отломки физической, слома личности, смены эпох ипонятий., Сквозь мелкие детали, сквозь чутко расслышанные фразы иточно схваченные общественные настроения проступает сложный истрашный образ великой империи накануне распада. Наркотики вэтом плотном, густонаселенном, эпохальном романе— неболее чем машинное масло, смазка, позволяющая привести вдвижение поразительно изящную истройную конструкцию., Галина Юзефович, Панорамный охват, феноменальная «доказательная база», мрачный фоновый юмор создают эффект, когда вопреки здравому смыслу пытаешься прочесть семьсот страниц водин присест., Лев Данилкин, Все сплетено, все отчаянно, все ужасно... Роман очень трагический, несмотря нато, что хохотала явомногих местах, дослез. Все подлинно, все скровью, все наразрыв души. Вообще, книга страшная, ужасающая итакая живая, что даже вроде инечитаешь, асмотришь какое-то яркое, жуткое кино., Дина Рубина, Сильный, беспощадный роман, который нужно прочесть хотябы для того, чтобы выработался иммунитет против повторения ошибок героев., Владимир Панкратов, Вромане Михаила Гиголашвили нет рассуждений осудьбах, зато есть сами судьбы. Писатель поместил под увеличительное стекло достаточно герметичное грузинское общество исхирургической точностью показал наэтом анатомическом образце универсальные процессы разлагающегося советского организма., Варвара Бабицкая, «Датынаних посмотри, ониже все вкайфе! —почти крикнул Пилия, указывая надвух стариков, дремавших под деревом. —Не-е, мыпиросто такой сонный нарот! —нехотя ответил продавец, отправляя врот очередную порцию насвая. —Очень плоф исон любим! Ион, молитвенно произнеся что-то по-узбекски, сложил ладони ипоказал глазами, как узбеки любят „плов исон“».